Сергей Середенко: Эстония сейчас — это неонацизм

seredenkoser292Вопрос правозащиты русского населения в странах ближнего зарубежья — тема особая по понятным причинам. Все еще «остывающая» энергетика СССР, как ни парадоксально, до сих пор многим дает повод говорить, что никаких проблем у русских в государствах постсоветского пространства нет, а просто… «Выучите язык, живите по законам страны, и все у вас будет хорошо» — набор клише прилагается.

Между тем, как считает известный русский правозащитник из Эстонии Сергей Середенко — ситуация, по крайней мере, в его стране сложилась не то что не беспроблемная, а фактически возвращающая русских в Эстонии в самые мрачные периоды человечества вообще. Беседовал Аркадий Бейненсон.

- Сергей, что такое правозащитная деятельность русского населения в Эстонии сейчас?

- Отличный вопрос. Если говорить об этом, как о поле, то его просто нет. Нет массового числа обращений — есть некое статус-кво внутренней эмиграции русской общины в Эстонии, заключающееся вот в чем — эстонских законов никто не знает и жить по ним не собирается, а контакты с эстонским государством начинаются тогда, когда нужно платить налоги или штрафы. А если человек сталкивается с индивидуальной несправедливостью — он и справляется с ней индивидуально, потому что опыт подсказывает, иначе это будет стоить дороже — во всех смыслах.

- Я небольшой специалист в психологии, но даже мне такое поведение кажется странным.

- Не мной подмечено, что чем больше очевидна симптоматика нацизма — тем меньше у человека способности к сопротивлению. То есть, условно говоря, бежать из концлагеря надо в первый день, потом уже сложнее. И лучшей характеристикой происходящего будет история из другой страны. Недавно один скандинавский журналист (это легко найти в Интернете) побывал в Одессе, где пытался понять у местного таксиста: «А собственно, вот у вас тут что? Как?» И ответ был очень коротким, но, как говорил журналист, таким, что холодок пробежал по спине. Таксист ответил: «Мы ждем».

- Я понимаю, что вопрос задавали не Вы, и отвечали не Вам, но если Вы сочли нужным привести это в качестве примера в отношении Эстонии, то у вас — ждут чего?

- Не спрашивайте меня — чего ждут. Ответ: «Мы ждем».

- «Зацеплюсь» за Вашу фразу «эстонских законов никто не знает и жить по ним не собирается». Основным аргументом национальных элит постсоветского пространства является «да вот же, вы, русские, просто соблюдайте наши законы и будет все хорошо».

- Дело в том, что мы столкнулись со своего рода новым царизмом. Вот в каком плане. Вам, наверняка, известен такой термин «дарованная конституция». И, когда кто-то начинает говорить, что, де, ну вот в конституции у нас записано вот это, то ответ может быть только один: «Ребята, а это не наши права». Это права, которые эстонцы в 1992-м году решили нам подарить. Почувствуйте разницу.

Мы не участвовали в выработке этой правовой системы, это не площадка, которую мы себе отвоевали. Просто эстонцам тогда было страшно-они отняли гражданство у полумиллиона человек. Можно было крепко ответить. А потом им стало не страшно, стало понятно, что отвечать не придется, соответственно, эти права были сведены к нулю, и апеллировать к правам, которые ты сам не отвоевал — нет смысла.

Права — это когда ты сам решил, что я буду переходить улицу здесь, и все остальные согласились — хорошо, раз тебе так надо, переходи здесь. А если все остальные так не сказали это, то и не будешь ты переходить здесь. Это собственно говоря, и есть механизм возникновения права. Причем, здесь надо отметить очень четкий поколенческий раздел. Новое поколение уже «придумано» совершенно по-другому, и я не берусь это оценивать — я не работаю с поколениями, я работаю с правом.

- Приведете примеры правовых «конфликтов» между русской и эстонской общиной? Не частные, а более глубинного характера?

- И есть вполне конкретные примеры. Например, когда эстонцы говорят, а почему мы должны оплачивать ваши русские школы? И мало кто берется ответить, что, позвольте, как же «вы», когда МЫ платим налоги, и в свою очередь задать вопрос — а почему мы должны оплачивать вашу оборону, причем в этом случае, как раз действительно — ВАШУ оборону?

- После всего того, что Вы сказали, у меня в голове вертятся разного рода определения. Какое из них, на Ваш взгляд, наиболее соответствует действительности — апартеид, сегрегация, что-то иное?

- Если мы будем рассматривать всю шкалу такого рода определений: апартеид, сегрегация, нацизм и т. п., то с некоторыми неизбежными поправками, не уточнениями, а именно поправками, Эстония сейчас — это неонацизм. Это мой окончательный диагноз.

Источник: russkoepole.de

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс